CCVI.

"Табуистические по природе, метафорические приёмы могут использоваться с самыми различными целями. Одна из них, ранее преобладавшая в поэзии, заключалась в том, чтобы облагородить реальный предмет. Образ использовался с декоративной целью, с тем, чтобы разукрасить, расшить золотом любимую вещь. Было бы любопытно исследовать следующий феномен: в новом поэтическом творчестве, где метафора является его субстанцией, а не орнаментом, отмечается странное преобладание очернительных образов, которые, вместо того, чтобы облагораживать и возвышать, снижают и высмеивают бедную реальность. Недавно я прочёл у одного молодого поэта, что молния -- это плотницкий аршин и что зима превратила деревья в веники, чтобы подмести небо. Лирическое оружие обращается против естественных вещей, ранит и убивает их.
<...>
По мере того как метафора становится субстанциальной, она превращается в героя поэтического действа. Раньше метафора покрывала реальность как кружево, как плащ. Теперь, напротив, метафора стремится освободиться от внепоэтических, или реальных, покровов -- речь идёт о том, чтобы реализовать метафору, сделать из неё res poetica (поэтическую вещь (лат.))."

© Хосе Ортега-и-Гассет
"Дегуманизация искусства" (1925)