CCXXXII.

"В некоторых уточнениях нуждается и отношение гегелевской философии к субъективному принципу новоевропейской метафизики. В той мере, в какой был осознан Гегелем, он стал его последовательным оппонентом. В противоположность философским учениям откровенно "субъективной" ориентации (Декарт, Бёркли, Юм, трансцендетальная философия Канта и Фихте), исходившим из непосредственной данности и преимущественной достоверности сознания человека как субъекта, Гегель провозглашал свою приверженность "объективизму" и "субстанциализму", сближавшую его с позицией спинозизма. Однако и Спиноза вовсе не пребывал вне "субъективного принципа": его "онтологический субстанциализм" не без оснований может быть интерпретирован как конкретизация этого принципа. Выведенная геометрическим способом из аксиом система философии Спинозы есть ни что иное, как экспликация субъектом наличного и безусловно достоверного содержания собственного сознания. Хотя Гегель постоянно уверял читателей, что мышление, понятое им в качестве всеобщей субстанции и предмета философии, не есть то же самое, что субъективное конечное человеческое мышление, нетрудно обнаружить, что и у него всё доступное ему знание о содержании объективного мышления извлечено из того же субъективного человеческого и затем "онтологизировано" и "субстантивировано". Именно это даёт основания рассматривать гегелевскую философию как предельно последовательную экспликацию и универсализацию того же "субъективного принципа" Новой философии, как философию абсолютного самосознания, превращённого в субстанцию."

© Юрий Перов
"Философская эстетика Гегеля" (2007)